Конфликты в Грузии при всей своей специфики и особенно­стях имеют общие черты с другими, рассмотренными нами.

   1. Прежде всего поражает ожесточенность противоборства между гражданами в прошлом единого государства, чей союз за полвека до этого выдержал столь тяжелое испытание, каким была Великая Отечественная война. Это подтверждает наш об­щий вывод о том, что победа в Великой Отечественной войне бы­ла победой, граничащей с поражением, так как в ее огне были уничтожены лучшие представители всех народов СССР, в том числе и наций, находящихся в настоящее время в конфликте на территории Грузии. Характерно, что несмотря на чудовищную жестокость, проявленную подчас сторонами на активной фазе конфликта, в которой приняли активное участие и криминаль­ные элементы, ветеранские организации как в Грузии, так и в Абхазии и Союз ветеранов Великой Отечественной войны со­хранили верность товариществу по оружию и решительно осу­дили экстремистов, независимо от их национальной принад­лежности.

   2. Вовлеченные в конфликты народы, проживающие на тер­ритории Грузии, имеют не только горький опыт вражды и меж­доусобиц, но и глубокие традиции добрососедства, взаимопони­мания и сотрудничества. При определенных политических усло­виях грузины могут вполне уживаться с абхазами и осетинами как в рамках одного государства, так и в пределах самостоятель­ных по отношению друг к другу государственных объединений.

   3. Для восстановления стабильного мира в Абхазии и Юж­ной Осетии, как и в случае с Нагорным Карабахом, необходимо перестать фетишизировать вопрос о статусе «мятежных» про­винций. Несмотря на всяческое подчеркивание первостепенности этого вопроса конфликтующими сторонами, проблема статуса (и в грузинском аспекте) не имеет судьбоносного значения для широких слоев населения.

Простые люди, пострадавшие от конфликтов, заинтересова­ны прежде всего в поддержании гражданского правопорядка, обеспечении прав личности и осуществлении основных граждан­ских свобод, включая право на смену места жительства, свободу передвижения и проживания в местах своего традиционного расселения.

При соблюдении этих основных свобод и прав каждого чело­века будет легче решить вопросы обеспечения прав националь­ных меньшинств и национального большинства. Наоборот, практически невозможно выйти на повсеместное соблюдение прав человека и основных гражданских свобод, делая упор на ре­шении проблем национальных меньшинств и национальных «большинств» в целом.

Улучшению общей атмосферы в переговорном процессе по урегулированию обоих конфликтов в Грузии способствовал бы отказ сторон от обсуждения статусов. Нужно осуществить на практике следующую формулу прогресса на переговорах: принадлежность к национальности — к национальному большинст­ву или национальному меньшинству — не дает сама по себе ни­каких прав. Права, гражданские свободы и обязанности даются человеку по принадлежности к биологическому виду.

Анализ конфликтов в Грузии подтверждает, что так назы­ваемые этнические конфликты решаются лучше всего тогда, когда стороны стремятся наладить мирную жизнь и правопоря­док для всех граждан, независимо от их этнической принадлеж­ности.

   4.В настоящее время и в обозримом будущем не представля­ется возможным, чтобы стороны в конфликтах в Грузии доби­лись стабильного долговременного урегулирования самостоя­тельно, без эффективной и весьма существенной международной поддержки.

Международное сообщество, однако, пока не создало соот­ветствующих механизмов урегулирования конфликтов в Гру­зии. Попытки создания миротворческих механизмов в обход ООН и Совета Безопасности ООН являются, как правило, попыт­ками легализовать применение силы отдельными государствами или группами государств в соответствии со своими интересами. В аспекте конфликтов в Грузии такие попытки были бы чреваты особенно тяжелыми последствиями.

   5. Единственным реальным механизмом, содействующим поддержанию режима прекращения огня в грузино-абхазском урегулировании, является в настоящее время состоящий из рос­сийских миротворцев контингент СНГ. Однако ослабленная де­сятилетним политико-экономическим кризисом Россия не в со­стоянии поддерживать длительное время даже тот минимум не­обходимых усилий, который она осуществляет в настоящее вре­мя. К тому же уровень современного миротворчества требует оп­ределенной специальной подготовки личного состава и матери­ально-технического обеспечения миротворческого контингента, К которому Россия пока также не всегда готова.

Со стороны США и НАТО имеет место недоверчивое отно­шение к миротворческим акциям России как на территории СНГ в целом, так и в Грузии в частности. Западные державы усматривают в присутствии российских воинских контингентов на территории бывших союзных республик проявление «импер­ских амбиций», противостояние которым является, судя по все­му, стержневой линией в их внешнеполитических доктринах.

Тем временем под шумок о мифических «имперских амби­циях» Москвы на Балканах и на постсоветском пространстве все четче начинают проявляться не мифические, а вполне конкретные неоколониалистские устремления «основных западных дер­жав», возникают их новые военные базы. Вовлекается в новый виток соперничества между великими державами и Закавказье, что не предвещает ничего хорошего его народам.

Альтернатива «традиционной» исторической схеме разви­тия может быть найдена только на пути обеспечения междуна­родными миротворческими силами в зонах конфликта граждан­ского порядка и практического выполнения прав человека и ос­новных гражданских свобод. И ничего крамольного не было бы в том, если бы в формировании подобного рода миротворческих сил, основной костяк которых в ближнем зарубежье составляют воинские формирования России, она могла бы рассчитывать на материально-техническую и финансовую помощь основных за­падных стран.