Рука истории вплела летопись Черноморской Ривьеры имя принца Ольденбургского — основателя курортной Гагры. В наших публикациях на историко-краеведческую тему не раз упоминался Александр Петрович. Более подробно узнать об этом интересном человеке вы. сможете из рассказа пенсионера, уроженца Абхазии Георгия Инал-ипа — сына абхазского князя Топаз Инал-нпа и княжны Яка Званбо.
— В нашем родовом доме в старинном абхазском селе Бзыбта всегда с уважением и почтительностью говорят и вспоминают Его Императорское Высочество принца Ольденбургского. Из рассказов старших мне с детства запомнилось, что Александр Петрович занимался благотворительностью, создал приют Ольденбургского для обездоленных детей. В 1901 году принц высадился на гагринском берегу и, не щадя сил и средств, трудился над устройством климатической станции — предвестницы аналогичного курортно-гостиничного комплекса “Кавказская Ривьера” в Сочи Это он для установления живых контактов между Сочи и Гагры добился, чтобы южная граница Сочинского административного округа проходила по реке Бзыбь. Это принц, в результате интенсивного строительства, уже через год возвел на берегу Черного моря несколько гостиниц, водолечебницу, пристань, электростанцию, больницу, разбил Приморский парк с прудами, проложил дорогу к Альпийской Гагре, завез из Персии белых осликов для экскурсий, открыл в Гагре отделение Крымско-Кавказского горного клуба: Сердце принца волновали широкие прибыльные замыслы сделать из Гагры современный европейский курорт, русское Монте-Карло. В этих стремлениях Ольденбургскому помогало не только то, что он был в близ ком родстве с царской семьей – его сын Петр был женат на великой княгине Ольге — но и то, что Александр Петрович обладал исключительными деловыми качествами, неуемной энергией, высокой требовательностью к себе и подчиненным. Он терпеть не мог безалаберности, разгильдяйства, злоупотреблений, требовал высочайшей исполнительской дисциплины. У него была увесистая трость с золотым набалдашником и с расширением наверху, куда заливался самый лучший коньяк И если кто-то приходился ему по душе, он отвинчивал набалдашник с трости и угощал этим напитком: Ну а если кто-нибудь провинился, вызвав
у него гнев, он мог “прогуляться” этой тростью по шее и спине. Так он поступил с одним губернатором который, отдыхая в гостинице “Гагрипш”, вздумал половить рыбу в пруде Приморского парка. Из разговоров о принце я узнал, что как-то абхазцы из ближних сел на рушили его запрет прогонять скот через курортные земли и были им наказаны конфискацией трех лучших коз-
— Принц ежедневно объезжал курорт на своем “Мерседесе”, рьяно следил за дисциплиной и порядком, вникал во все дела, большие или маленькие, — рассказывала мне моя мать, княжна Яка. — Его машину с клаксоном, издававшим петушиный крик, дабы не нарушать гармонию природы, можно было встретить повсюду. Желая придать курорту местный колорит, он распорядился в названиях пансионатов, дач использовать местную топонимику. Особое внимание Ольденбургский уделял снабжению курорта продуктами питания, овощами, фруктами, виноградом Для этого были созданы имения — самого принца “Отрадное” и его супруги принцессы Евгении Максимилиановны, великого князя Александра Михайловича, купца Игуменова на Пицунде.
Особое место у родичей Инал-ипа занимают воспоминания о первой встрече моего отца Топаза с Ольденбургским.
Было это в 1914 году Его Императорское Высочество, расширяя контакты с местными влиятельными, авторитетными и предприимчивыми людьми, пригласил к себе в гости Топаза Инал-ипа.
Княжна
Яка вспоминала:
— Муж тщательно готовился к этой встрече; украсил своего рысака новым седлом и уздечкой, сшил себе белую черкеску с серебрены ми газырями. Затянул ее серебряным поясом с кинжалом. Будучи хорошим охотником: и рыболовом, он поймал в
реке Бзыбь двух огромных лососей Эту добычу я обработала, каждую рыбину завернула в белую фланелевую ткань. С близким другом и односельчанином Папба, Топаз повез рыб в подарок принцу.
Ольденбургский встретил гостей у входа в свою гагринскую резиденцию со словами “Добро пожаловать в мой дом” и пригласил в каминный зал дворца, где уже был накрыт стол и собрались другие гости, в основном ответственные работники администрации курорта. Прием прошел тепло, радушно. Закуски, кушанья, напитки, в основном европейской и русской кухни, подавались щедро, в красивой посуде с вензелями Ольденбургского. Обслуживали опрятные девушки в форменной одежде. Звучали дружеские тосты, добрые пожелания.
Во время приема беседовали о перспективах развития Гагры, о расширении необходимой инфраструктуры для нормального жизнеобеспечения курортно-гостиничного комплекса. Затем участники встречи сфотографировались на память. Прощаясь с гостя ми, принц подарил бзыбскому князю немецкий дилижанс с парой коней и пожелал счастливой дороги.
Отец вернулся домой поздно вечером. Княжеский двор наполнился звоном бубенцов дарственного экипажа, осветился фарами с увеличительными стеклами, регулирующими освещение дилижанса. Он долго служил отцу в его работе и путешествиях. Как и фотографии, украсившие наш семейный альбом, был дорогой реликвией. Сегодня от подарка принца и его фотографии остались лишь воспоминания. Все эти вещи исчезли в 1937 году, когда в годы сталинского террора мой отец был репрессирован. А княжеский дом в селе Бзыбта был разграблен сотрудниками НКВД.
